Как все начиналось?
13 марта 1988 года прошел первый Всесоюзный сбор поисковых отрядов, в ходе которого было решено создать Всесоюзный координационный Совет поисковых отрядов (ВКС) при ЦК ВЛКСМ. Его возглавил один из идеологов поиска, ветеран Великой Отечественной войны и известный журналист Юлий Михайлович Иконников.
Зачатки поискового движения появились еще в 50-е годы XX века. И несмотря на то что в те годы это движение было неформальным, оно достаточно быстро приобрело массовый характер. У его истоков стояли самые обыкновенные люди, которым была небезразлична судьба тех, кто отдал свою жизнь за нашу Родину. Кто-то в одиночку, кто-то в составе небольшого отряда, они на свой страх и риск отправлялись в самые труднопроходимые уголки, где когда-то шли сражения, чтобы отыскать «забытые» останки советских солдат и похоронить их так, как подобает хоронить героев своего Отечества.
Среди энтузиастов, занимавшихся поиском останков и военной техники, были школьники и студенты, представители рабочего класса и интеллигенции – самые разные слои населения. Все они участвовали в поиске на добровольных началах.
Но именно 13 марта 1988 года принято считать днем рождения российского поискового движения, поскольку с этого момента оно получило официальное признание на государственном уровне. В первом Всесоюзном сборе поисковиков приняли участие 106 руководителей поисковых отрядов и групп из многих областей Советского Союза. Все они встретились в Калуге в присутствии представителей Совета министров СССР, ЦК КПСС, Министерств обороны, иностранных дел, просвещения, здравоохранения, внутренних дел, ВЦСПС, журналистов ведущих газет страны, Центрального телевидения, а также многих музеев и архивов. Именно тогда, 13 марта, этим людям, стоявшим у истоков поискового движения, удалось привлечь внимание правительства к такой важной проблеме, как сотни тысяч непогребенных останков советских воинов, оставшихся на полях сражений.
Юлий ИКОННИКОВ. Памяти павших. Великая Отечественная война. Москва, Большая Российская энциклопедия, 1995 г.
...В 1981 г. в рамках Всесоюзного похода комсомольцев и молодежи по местам революционной, боевой и трудовой славы советского народа была объявлена программа экспедиций «Летопись Великой Отечественной». Она ставила четкую задачу: собрать и сохранить для истории воспоминания участников Великой Отечественной и документальные свидетельства времен войны... Польщенные вниманием ветераны боев и труда охотно рассказывали эпизоды, расставались с дорогими для них документами и фотографиями, передавая их «для вечного хранения» в молодежных и государственных музеях.
Но уже на втором году дело пошло на спад. Пошел на убыль и вскоре захирел и сам Всесоюзный поход. Но все напористей и громче раздавались голоса поисковых отрядов, энтузиастов, твердивших, что есть многочисленная категория «забытых солдат», павших и зарытых «из санитарных» соображений в воронках, ямах, окопах и траншеях, оставшихся в болотной жиже, и числящихся пропавшими без вести.
Эти сообщения свидетельствовали о невыполнении целого ряда правительственных постановлений. А такие постановления были: от 18 февраля 1979 г. «О благоустройстве могил воинов Красной Армии, погибших в период Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.», № 339 от 11 апреля 1979 г. «О дополнительных мерах по благоустройству и приведению в порядок военных кладбищ и могил советских воинов и партизан». Постановление Совмина РСФСР № 349 от 10 августа 1984 г. требовало переноса одиночных могил из малонаселенных районов, благоустройства кладбищ, ухода за ними и памятниками. В развитие этих руководящих предписаний издавался ряд директив Министра обороны. В них да-вались конкретные указания органам военного управления, до деталей расписывалось, что и как надо предпринять, как навести порядок в учете и нанесении новых имен на обелиски и мемориалы, и т.д.
И все-таки, несмотря на четкие распоряжения, незахороненные останки бойцов Великой Отечественной продолжали лежать на местах боев. Находились все новые неучтенные за-хоронения. Открывались факты деляческого отношения к переносу братских могил. Вот лишь один пример. Захоронение у с. Хворостинино Волоколамского района Московской области считалось перенесенным к мемориалу. Но когда по настоянию жителей поисковики (под руководством Михаила Черепанова - уточнение) получили разрешение копать в силосной яме, то обнаружили останки еще 346 человек, причем у 36 из них найдены медальоны.
Почему не действовали, да и сегодня не очень-то работают постановления правительства, директивы министра обороны? Для того, чтобы найти непогребенные останки и организовать похоронный ритуал, нужны немалые затраты. Но у сельсовета, райсовета и даже в области не было для этого ни физических, ни материальных возможностей. Государство не могло выделить средства, чтобы подготовить квалифицированных исполнителей, метр за метром прочесать сотни тысяч квадратных километров опаленной войной земли. Не может сделать этого и сейчас. Заботу о восстановлении добрых имен фронтовиков, о реабилитации «пропавших без вести» взяли на себя энтузиасты-поисковики.
Без поддержки широкой общественности, комсомола, Вооруженных Сил поисковое движение не могло рассчитывать на серьезные успехи. Но можно без преувеличения констатировать, что неуспокоенность энтузиастов, настойчивые обращения в различные инстанции, а главное, итоги поиска послужили одной из основ постановления «Об усилении работы по увековечению памяти защитников Родины и активизации военно-патриотического воспитания трудящихся», изданного в октябре 1987 г. (После большой поисковой экспедиции казанцев в Мясной Бор и захоронения нескольких сот солдат.)
Это было официальным признанием важности и неотложности поисковой работы, что достаточно убедительно подтвердил I Всесоюзный сбор представителей поисковых отрядов, прошедший в марте 1988 г. в Калуге. Высказанные отрядами поисковиков свидетельства существования проблемы «забытых солдат» привели к решению о создании Всесоюзного координационного совета при ЦК ВЛКСМ, принятию единой программы действий.
Наладилось взаимодействие поисковиков с воинскими частями и военкоматами. Теперь ребятам не надо было ломать голову над тем, как решить вопросы безопасности работ, где и как захоронить найденные останки. Генеральный штаб обязал военкоматы обеспечить каждую группу металлоискателями, выделить пиротехников для ликвидации обнаруженных боеприпасов.
Произошло и еще одно важное событие. На сборе поисковики откровенно высказывались о том, что упомянутое выше постановление кое-где выполняется формально. Вскоре Всесоюзный координационный совет направляет своих активистов в состав бригад ЦК КПСС, чтобы проверить, где, что и как сделано по этому важному вопросу. Недостатков оказалось значительно больше, чем ожидалось. И ЦК КПСС издает еще одно постановление «О ходе выполнения постановления ЦК КПСС «Об усилении работы по увековечению памяти защитников Родины, активизации военно-патриотического воспитания трудящихся».
В августе 1988 г. руководители поискового объединения Казанского госуниверситета «Долина» (Михаил Черепанов и Владимир Ерхов) организовали за счет участников первую в истории поискового движения крупномасштабную экспедицию. Около 500 поисковиков из различных областей страны 10 дней работали под Новгородом на местах боев 2-й Ударной армии. В результате их усилий 3500 останков павших обрели покой в воинских могилах.
...Руководитель казанских поисковиков Михаил Черепанов, ставший заместителем редактора республиканской Книги Памяти Татарстана, создал и внедрил систему и технологию комплексного поиска на местах боев и в архивах, позволившего расширить книгу "Память" республики и помочь другим территориям внести в свои Книги Памяти 270 000 имен воинов, числящихся безвестными или отсутствовавшими в воинских документах военкоматов, картотеках местных органов власти и архивов. Настоящий компьютерный цех удалось ему создать для этой цели."
ВОСПИТАНИЕ ПАМЯТЬЮ
Корр. газеты «Молодой ленинец» (Калужская обл.), 17.3.1988 г.
В Калуге проходил Всесоюзный сбор поисковых отрядов, работающих по увековечению памяти защитников Родины. 15 марта состоялось заключительное пленарное заседание. Его открыл председатель Всесоюзного координационного совета поисковых отрядов Ю.М. Иконников. Участники сбора приняли Обращение ко всем следопытам страны. Состоялось награждение представителей лучших поисковых отрядов страны. Комсомольские награды вручил секретарь ЦК ВЛКСМ С.Н. Епифанцев.
Хотим рассказать об одном из отрядов, ставшем широко известным в нашей стране. Речь идет о «Снежном десанте» Казанского государственного университета. С начальником штаба этого следопытского объединения - журналистом Михаилом Черепановым - мы побеседовали во время одного из перерывов.
- Здесь, в Калуге, нам, наконец удалось встретиться с теми отрядами, о работе которых слышали раньше, - рассказывал Михаил. - Но чем мы отличаемся от других поисковиков? «Снежный десант» - это единственное на сегодняшний день объединение, собравшее в свои ряды поисковые отряды всех вузов Казани (только в университете таких отрядов 9), а также КамАЗа, Нижнекамска, Новгорода, Ленинграда. Штаб «десантников» действует при Новгородском обкоме ВЛКСМ, руководит поисковой экспедицией Александр Орлов. Его брат, Николай Иванович Орлов, был одним из первых следопытов в стране, собирающих материалы о боях в Мясном Бору под Новгородом, где воевала 2-я Ударная армия.
...За последние два года «десантники» захоронили в Мясном Бору останки 800 воинов, имена 15 удалось восстановить. Ребята нашли свидетельства о применении фашистами в тех местах химического оружия против советских солдат, обнаружены капсулы химснарядов. Это во многом объясняет потери 2-й Ударной.
- Уверен, что нужно как можно больше людей провести через Долину смерти, где развивались главные события, - убежденно говорит Черепанов. - Ребята смогут там увидеть, что представляет собой война на самом деле. А это представление очень сильно отличается от книг и фильмов о войне.
В летнем походе «Снежного десанта» в Долину смерти приняло участие 150 человек - студенты, рабочие, журналисты.
2-я Ударная - не единственная тема для поисков «Снежного десанта». Еще одно направление в работе - изучение боевого пути воинских подразделений, сформированных в годы Великой Отечественной на территории Татарии. «Снежный десант» - массовая организация. Поисковой работой занимаются журналисты - это благодатная почва для поисков материала (на филфаке и были организованы первые походы на Новгородчину), художники - есть возможность проявить свои способности, участники художественной самодеятельности, фотографы, медики - словом, каждому найдется занятие.
Громоздкая только на первый взгляд структура «Снежного десанта» позволяет избежать дублирование в маршрутах походов, с объединением исчезла и факультетская конкуренция. Приоритет в поисках общий. Вся информация поступает теперь в действующий банк данных.
ИМЯ ТВОЕ НЕИЗВЕСТНО?..
М. Черепанов, командир объединенного отряда «Снежный десант». Комсомольская правда, 9.5.1988 г.
В марте этого года прошел 1-й Всесоюзный сбор поисковых отрядов. Наверное, кто-то удивится: почему первый? Разве не было до этого всевозможных слетов красных следопытов? Одних только форм патриотической работы не перечесть.
В том-то и дело, что речь идет не о тех туристических группах, в составе которых школьники и студенты обычно ездят по местам боевой славы. На сей раз впервые собрались те, кто многие годы по своей инициативе занимался поиском забытых братских мо-гил, возвращая имена тем, кто считался «пропавшим без вести», кто спустя 4 десятилетия после войны собирал на полях сражений останки погибших советских воинов, чтобы пре-дать их земле.
Слишком долго мы боялись об этом сказать, признаться самим себе в том, что такое кощунство существует в нашей стране. Не потому ли первый сбор состоялся лишь 43 года спустя после Победы? Слишком привыкли мы к дежурным лозунгам о памяти и долге! А между тем, даже ветераны той страшной войны не знают, что немало еще мест, где их однополчане лежат на полях сражений, лежат там, где сразила их пуля или осколок. И что самое страшное, среди них - не только забытые, но и оклеветанные. Это, прежде всего, воины 2-й Ударной армии Волховского фронта. А сколько их еще, таких армий, «пропавших без вести» в те тяжелые для нас первые годы Великой Отечественной!
Но разве слава только там, где войска наступают победным маршем? Разве героическая гибель в окружении не подвиг? Ведь там каждый знал, что навечно останется «пропав-шим». И все-таки шли на подвиг. Шли, не думая, о признании потомков.
Наверное, не случайно именно в тех местах, где это происходило, начинали свой поиск первые отряды следопытов - не по предписанию, а по зову сердца.
Первый сбор. Наконец-то к нашей не столь уж многочисленной семье стали относиться не как к неформалам-туристам, а как к формированию, занимающемуся важным государ-ственным делом. Разве это не дело чести Отечества - воздать, наконец, дань погибшим по-чти полстолетия назад. Что может быть дороже возвращенных из небытия имен?
Почему-то мы слишком долго не задумывались над тем, что сотни тысяч воинов чис-лятся «пропавшими без вести». Приняли это как объективную реальность. А ведь «пропавшие» они лишь потому, что по-настоящему их никто не искал. Почему у нас в стране до сих пор, по сути дела, нет организации, которая помогла бы родственникам «пропавших без вести» найти хотя бы тоненькую ниточку для поиска. Сколько их, семей, получивших из разных архивов равнодушную отписку: «Пропал без вести. Других сведений не имеем». Не по силам это работникам архивов? Пусть займется кто-то другой!
Надо ли рассказывать, какой социальный эффект имеет работа поисковиков-непрофессионалов. Да, они порой переступают так называемые «границы компетентно-сти», опережают официальную историческую науку. Пример? Писатель С. Смирнов, «открывший» для людей Брестскую крепость, рабочий Н. Орлов из Новгородской области, начавший не менее сложную работу по реабилитации 2-й Ударной армии. Да сколько их было и есть - всех не перечислишь. И вряд ли оправданно возмущение профессионалов, выискивающих те или иные погрешности в собранном по крупицам каким-то краеведом или поисковой группой описании полузабытой битвы или биографии, вычеркнутой из списков войсковой части. Слишком часто факты свидетельствуют: официальная версия исторического события - это еще не истина.
И еще. Нам долго пытались внушить: вся наша работа на местах, боев - необдуманный риск. Стоит ли даже самое святое дело каких бы то ни было человеческих жертв?
Вот здесь нужно разобраться. Во-первых, кто до сих пор гибнет, находя старые боеприпасы? В подавляющем большинстве мальчишки, туристы или грибники. Ни одного случая гибели или травмы в составе поисковых групп никто привести не смог. Значит, организованная поисковая работа ничего общего не имеет с собирательством боеприпасов, которое, к сожалению, получило широкое распространение и становится причиной многочислен-ных ЧП. Проблема в другом - принять меры к полной безопасности поисковых работ. Вы-делить саперов, нужное количество миноискателей. А время не ждет еще и потому, что с каждым годом остается все меньше сохранившихся документов: «гаснет» бумага в сейфах, тайниках, солдатских медальонах.
Мне не пришлось видеть смерть на поле боя, в отличие от многих моих ровесников, во-инов-интернационалистов. И потому считаю работу в Долине смерти, что под Новгоро-дом, своим долгом. Вместе со своими товарищами буду приезжать сюда десять, двадцать лет - до тех пор, пока не будет найден и захоронен последний погибший советский солдат. Не хочу мириться с надписью: «Имя твое неизвестно», буду делать все для того, чтобы новые имена героев появлялись на обелисках. Пусть посчастливится опознать лишь одного из ста найденных на полях сражений."
К 1991 году в СССР существовало уже около 400 поисковых отрядов, в них входило более 15 тысяч человек.
С распадом Советского Союза деятельность поисковиков не прекратилась. Правопреемником созданного в Калуге ВКС стала Международная ассоциация общественных поисковых объединений «Народная память о защитниках Отечества». Эта организация объединяет усилия сообществ поисковиков России, Белоруссии, Украины, Латвии, Казахстана и Узбекистана.
В 2013 году было создано Общероссийское общественное движение по увековечению памяти погибших при защите Отечества «Поисковое движение России».
На снимке: Черепанов показывает Иконникову на слете в Калуге фото с сотнями найденных в Мясном Бору в 1987 году останков советских солдат.
