ЗАЧЕМ ЖИВЫМ ДОЛИНА СМЕРТИ

К 30-летию походов «Снежного десанта» на ст. Мясной Бор Новгородской области
(1981 – 2011)

15 октября в 14.00 в Музее-мемориале Великой Отечественной войны в Казанском кремле состоится встреча поисковиков разных поколений, участников экспедиций в Долину Смерти.

30 лет назад, в сентябре 1981 г. состоялась первая поисковая экспедиция студентов филфака Казанского университета по следам Мусы Джалиля и 2 ударной армии в волховские леса в районе ст. Мясной Бор Новгородской области. С тех пор в этих местах побывали многие тысячи поисковиков не только Татарстана, но и России, стран СНГ и зарубежья. Найдены и захоронены более 90 тысяч останков советских солдат и офицеров, погибших в Долине Смерти во время Любанской операции, целью которой был прорыв блокады Ленинграда уже весной и летом 1942 года. Сегодня об этих местах знают многие. И все же мало кто знает, что начинались эти массовые всесоюзные экспедиции с инициативы кучки бойцов «Снежного десанта», решивших на свой страх и риск ослушаться официального мнения и начать изучение «той самой» армии, командующий которой - генерал-лейтенант А.А. Власов – по официальной версии стал предателем № 1.

Да, пролетело 30 лет с тех пор, как мы, будучи наивными, верящими официальной истории студентами филфака Казанского университета окунулись в «бездонное болото» поисков исторической истины. Окунулись по собственному желанию, преодолевая запрет официальных инстанций. Мы и сами тогда не знали, какую бурю государственного масштаба породим своими попытками добраться до истины.
Это сегодня станция Мясной Бор стала для поисковиков чем-то вроде Мекки. Даже Министр обороны РФ, посещая созданный мемориал, цитирует Суворова по поводу последнего непохороненного солдата и окончания войны. Он, конечно, не знает, что первыми эту цитату здесь произнесли мы – казан¬ские студенты, пытаясь в 1987 году доказать новгородским властям, что безымянные советские солдаты, погибшие в волхов¬ских лесах и болотах – не презренные власовцы, а защитники Отечества. И что хоронить необходимо всех найденных, а не только опознанных по медальонам. И делать это открыто, на братском кладбище Мясного Бора, а не потихоньку на обочине дороги у д. Мостки.
Не знает он и того, что именно мы подняли проблему незахороненных солдат в «Комсомольской правде» еще в сентябре 1987 года. Для всей страны это был эффект разорвавшейся бомбы. Ведь лозунгами «Никто не забыт» государственные чиновники до сих пор прикрывают собственное бессилие в решении этой проблемы. Вместо конкретной организации поиска пропавших без вести или захоронения останков погибших они зарабатывают огромные деньги на так называемом «увековечении памяти», воздвигая очередной Мамаев курган, Поклонную гору или Вечный огонь.

Самое обидное, что о значении вклада татарстанских «долинников» в развитие поискового движения России и стран бывшего СССР не знает не только Министр обороны, но и многие сегодняшние поисковики Татарстана. Не знают потому, что не написана правдивая и полная история поисковых экспедиций в Долину смерти, не воссоздана биография движения «Снежных десантов» и «долинников». На семинарах и конференциях нынешних поисковиков практически не упоминаются имена тех, кто был у истоков экспедиций в Долину Смерти и кто составлял 30 лет их духовную основу. Нет рассказа об истинных, а не формальных лидерах движения, о самых главных событиях, находках, достижениях поисковиков Татарстана.

Хотелось бы напомнить, что до появления казанских студентов в местах боев 2 ударной армии работы по поиску и захоронению останков погибших солдат повсеместно велись без какой-либо поддержки официальных властей и освещения этой государственной проблемы в СМИ. Все делалось полулегально одиночками-энтузиастами с риском не только для собственного здоровья, но и для личной свободы. Те самые партийные органы, которым сегодня приписывается руководство поисковой деятельностью, всегда стремились приравнять поисковиков к черным копателям, чтобы в случае выхода кого-то из-под идеологического контроля приписать «первооткрывателям» неудобной истины уголовную статью, например, за хранение оружия. К сожалению, это стремление осталось. Понятно, что гораздо проще «ловить» в лесу поисковиков, которые работают легально, чем задерживать настоящих черных искателей и торговцев оружием.

В гимне «долинников», написанном Владимиром Ерховым – комиссаром первых массовых экспедиций – есть такие слова: «Эх, правда-память! Как нелегко тебя сберечь!» Как ни странно, но касается это не только самой истории Второй мировой войны, но и летописи поискового движения. За прошедшие годы появилось множество научных работ, основанных на воссоздании событий конца 80-х годов, когда поисковое движение в нашей стране получило, наконец, признание на высшем уровне. Читаешь порой такие кандидатские диссертации и диву даешься: оказывается, мы, студенты и школьники пошли в лес на места боев не на свой страх и риск под полным запретом властей, а по постановлениям партии и правительства!!! Это не боль души позвала нас хоронить останки погибших солдат, разбросанные по Новгородчине и другим местам, где шли бои, а «заботливая» рука ЦК КПСС, ВЛКСМ и ВЦСПС!!! Напрашивается только вопрос: а где ж все эти руки были в 50-70-е годы? Кто им мешал восстанавливать справедливость и хоронить своих отцов, считавшихся «пропавшими без вести»? Ждали нас, внуков?

Не раз приходилось сталкиваться с тем, что какие-то мои гипотезы и предположения сначала принимались официальными историками «в штыки», а позднее становились общепризнанными фактами. Так было и с историей 2-й Ударной армии, и с судьбой легионеров, и с малоизвестными страницами в биографии М.Джалиля. Уверен, что так будет и с моими сегодняшними исследованиями «белых пятен» истории (например, выяснением истинной роли наших войск летом 1941 года в Иране или истинного значения второго дня Победы – 2 сентября 1945 г.). Мне не привыкать к поспешным критическим оценкам типа: «Быть не может!» или «Не убедительно». Время нас рассудит.
30-летие наших походов в Долину Смерти, что у ст. Мясной Бор под Новгородом – еще один повод вспомнить, как все это начиналось. Важно ещё раз показать место татарстанских поисковиков в истории России и значение походов в Долину смерти для поискового движения страны. Важно, чтобы сегодняшние поисковики знали, что 30 лет назад и всё это время мы, «десантники-долинники» не только и не столько копали в лесу, сколько занимались исследовательской, пропагандистской и издательской деятельностью. Экспедиции были для нас лишь эпизодом в большой работе. Сегодня, к сожалению, вся жизнь поисковиков свелась только к ним.
Да, наши отряды и сегодня ежегодно отправляются в Новгородскую, Ленинградскую, Мурманскую, Смоленскую области, а в последние годы даже в Беларусь. Но очень часто экспедиции сводятся не к поиску лежащих на поверхности останков солдат, а к перенесению так называемых санитарных захоронений. Так, конечно, проще: численность найденных возрастает при минимальных усилиях. Поисковики становятся археологами-эксгуматорами. Но это совсем другая работа.

Экспедиции, конечно, ведутся поздней весной и летом. А после поискового сезона большинство наших отрядов становятся турклубами с бардовским уклоном. Есть опасность для большинства из них стать просто спортсекциями по подготовке призывников к армии и кадров для Универсиады, а может и просто боевиков. Считаю такой подход в корне неверным. Задача нашего движения - подготовка интеллектуально развитых, знающих историю, архивную и поисковую науку исследователей-патриотов. Игра «Зарница» - конечно, полезна, но она должна быть лишь привлекательной формой. Основным же содержанием нашей деятельности должна стать постоянная поисковая и исследовательская работа.

О чём речь?

Многим ли известно, что в нашем распоряжении богатейшая база данных (более 400 тысяч персоналий) о погибших и умерших от ран в годы войны, о побывавших в плену, о репрессированных и раскулаченных, об умерших в лагерях на территории Республики Татарстан? Только за последние пять лет энтузиасты Музея-мемориала и сайта «Мемориал Великой Отечественной войны» (www.kremnik.ru) нашли сведения более чем о 20 тысячах земляков, считавшихся пропавшими без вести.
Главная задача поисковиков: не только захоронить останки погибших и найти сведения в архивах, но и донести найденную информацию до семьи, до родственников погибшего солдата. Эта база без поисковой работы теряет значение. Мы уподобляемся скупому рыцарю, который чахнет над сундуками с золотом.
Кто, если не члены поисковых отрядов, должны работать с этой базой? Кто должен проводить телефонный опрос населения, рассылать списки разыскиваемых по районным газетам и сельским советам? И делать это не только по поводу десятка земляков, опознанным по медальонам. Счёт идёт на тысячи фамилий. Наши сведения ждут в каждом районе республики и далеко за её пределами.
Именно для этого сегодня мы организовали Казанский Клуб Воинской Славы при Музее-мемориале Великой Отечественной войны в Казанском кремле, проводим Марши Памяти по районам нашей республики. Главное, чтобы работа велась постоянно и эффективно, чтобы земляки чувствовали, что мы есть, работаем, приносим конкретную пользу жителям республики, а не только ездим в экспедиции.
Всех, кому интересна поисковая работа и её история, приглашаем в наш Музей-мемориал. Работы еще очень много, только в нашей республике пропавшим без вести в годы Второй мировой войны еще числится более 180 тысяч солдат и офицеров. Это наши деды и прадеды…


Участник и руководитель более трех десятков поисковых экспедиций,
Зав. Музеем-мемориалом Великой Отечественной войны НМ РТ
Михаил ЧЕРЕПАНОВ

Комментарии

На фото:
инструктаж в Долине смерти - апрель 1988 г.,
первый наш раскоп в сентябре 1981 г.,
самые "старые" и самые молодые поисковики в Долине - апрель 2009 г.

С уважением, Михаил Черепанов echovoyni@ya.ru

Добрый день,Михаил. Большое Вам и всем кто рядом,СПАСИБО. Вы проделали то, что ни один архив и Министерство Обороны не смогли сделать за эти 68 лет.Вы молодые еще мальчики и девочки ринулись в эту Долину смерти... Нет слов. Эта была бойня на уничтожение солдат,опухших от голода /50 гр. сухарей в сутки/ без патронов гнали в наступление... И никто не знает сколько ИХ погибло там. Мой отец УРБЕР ПАВЕЛ ЕЛИСЕЕВИЧ тоже сгинул гдето там, Мясной Бор. Он был связист и ему был дан приказ наладить СВЯЗЬ. Он все выполнил и уже докладывал,но в это время разорвалась мина и ранила его в голову. Враг бомбил по всему лесу даже там,где не было НИКОГО.Так было написано в письме маме.Кто видел как он погиб? Похоронки не было,но пенсию за отца мы получали. В Книге памяти № 5 написано,что он погиб 22 января 1941г Недавно получила из ЦАМО письмо,там сохранилась письмо которое отправляли маме.что он рядовой связист и погиб 22.01.41г. по Новгородом.Мясной Бор. Его ППС 1423 ,что она обслуживала 366стрелковую дивизию.которая воевала в этом месте.Может есть гдето в военкоматесписки захоронений... А в ЦАМО болше ничего нет. и об 366 полк ничего за 1941г. не сохранилось. О ВЛАСОВЕ скажу, что он хотел спасти людей и в его предательство и ненавесть к Советам не верю.Когда -нибудь правда вылезет наружу,поэтому ВАС и не пускали официально в эти леса. Там бросили 8 тысяч раненных при отступлении.Всем нужна правда...СПАСИБО.

Зоя

 


Создание и сопровождение сайта — Елена Сунгатова
Время генерации: 0.092 сек